Примечательно, что претерпевать лишения им приходилось не только от необразованной, невежественной, а то и прямо враждебной народу власти. Со временем, когда опасность им исходила уже от иных сил, тогда вроде бы та же самая власть их и защитила, позволила им состояться, реализовать свое дарование и исполнить свой человеческий долг.

Теперь уже известно, что не власть травила М. Шолохова, не она принуждала изменить роман в угоду идеологическим догмам, а свои «братья-писатели». Вот только свои ли?

Это может показаться невероятным нынешнему, замордованному новой идеологией читателю, но Э. Циолковскому в те годы были созданы уникальные условия для того, чтобы обнародовать свои труды и таким образом закрепить приоритет русской науки. Об этом убедительно писал А. Л. Чижевский: «Ему было предоставлено местными властями уникальное право печатать свои труды за свой счет, на свой страх и риск. В Калуге он был одновременно автором, редактором и издателем. Это было величайшей редкостью, раритетом, созданным местными коммунистами для гениального Э. К. Циолковского „тоже на свой страх и риск“. Кляузы, с требованием запретить ему издавать свои книжки писали не представители власти в инстанции, слухи о том, что Циолковский „выжил из ума“ распускали тоже не они, а свои „братья-ученые“. Но опять-таки свои ли?

„Но калужские партийцы смотрели — и ничего такого в научных писаниях Циолковского не находили, чтобы их следовало запретить“. (А. Л. Чижевский, „На берегу Вселенной“, М.,»Мысль", 1995 г.)

Архив С. Д. Мастепанова находится сейчас на Ставрополье, под Невинномысском, в частном домике, который в свое время приобрел ему сын Николай Сергеевич Мастепанов. Но Николай Сергеевич — инженер, хозяйственник и заниматься архивом отца не имеет возможности.

Теперь предстоит не просто сохранить архив С. Д. Мастепанова, но и издать пословицы народов мира, собранные ученым. Или опять на самое необходимое не найдется средств? А, может быть, у нас не находится не средств, а чего-то иного, более важного — понимания того, что без культуры, с пошатнувшимся самосознанием народ превращается просто в население, покорный электорат, которым можно помыкать как угодно…

Уже русскоязычная израильская газета «Вести» озабочена уникальным наследием С. Д. Мастепанова, только не на родине — не в России и не на Кубани… Захар Гельман пишет на страницах этой газеты: «О его смерти я узнал только из книги Петра Ивановича Ткаченко „Кубанские пословицы“. Об этой книге обязан сказать особо. Фактически без нее огромный труд ученого остался бы неведомым, ведь Ткаченко собрал и систематизировал исследования Сергея Даниловича последних лет». (2 октября 2003 г.)

Трудно сказать, на каком основании мы ждем благополучия в своем Отечестве, если пренебрегаем или позволяем пренебрегать своим духовным и культурным наследием, то есть тем, чем крепится и на чем стоит цивилизованная жизнь человеческого общества…

Петр Ткаченко